• Пн
  • Вт
  • Ср
  • Чт
  • Пт
  • Сб
  • Вс

NATO: пресс-конференция генсека НАТО Йенса Столтенберга

14.02.2020 5:40 0

NATO: пресс-конференция генсека НАТО Йенса Столтенберга

Добрый вечер. Сегодня министры обороны обсудили ситуацию в регионе Ближнего Востока и в Северной Африке. И рассмотрели, что дополнительно может сделать НАТО для содействия стабильности и безопасности. Конфликты и хаос в соседнем с нами южном регионе привели к невыразимым страданиям. И они являются вызовами для нас. Они приводят к кризису с беженцами и мигрантами. А также усугубляют угрозу терроризма. По этим причинам НАТО и государства-члены альянса занимаются этим регионом в течение многих лет. Сотрудничая с нашими партнерами из этого региона, мы добились значительного прогресса в рамках глобальной коалиции по разгрому ИГИЛ (террористической организации, запрещенной в РФ — прим. ред.). Освободив всю территорию и миллионы людей, которые когда-то находились под контролем этой жестокой террористической организации. Сегодня министры стран НАТО вновь подтвердили нашу поддержку Ирака и договорились в принципе активизировать миссию НАТО по учебной подготовке. В первую очередь это будет выражаться в том, что НАТО возьмет на себя часть текущих учебных мероприятий глобальной коалиции. Кроме того, министры договорились продолжить изучение того, что еще мы можем сделать, помимо этого первого шага. Позвольте мне внести ясность: НАТО находится в Ираке по приглашению иракского правительства. И мы будем оставаться в Ираке только до тех пор, пока действует это приглашение. Потому что НАТО в полной мере уважает суверенитет и территориальную целостность Ирака. Вся наша деятельность будет осуществляться в тесной консультации и координации с иракским правительством. Я продолжаю поддерживать тесные контакты с руководством Ирака. И мы проводим конструктивные обсуждения относительно нашей деятельности в рамках миссии НАТО в Ираке. Наша цель — повысить потенциал иракских вооруженных сил, чтобы они более не нуждались в нашей поддержке. Вместе мы привержены делу борьбы с терроризмом. И твердо намерены принять необходимые меры, исключающие возможность возвращения ИГИЛ (запрещена в РФ. — при. ред.). Последние годы иракский народ и иракские вооруженные силы демонстрируют большое мужество и приверженность в борьбе с терроризмом. Мы высоко ценим принесенные ими жертвы. Министры также рассмотрели ситуацию в регионе Ближнего Востока и Северной Африки. И приняли решение продолжить изучение того, что еще НАТО может сделать. Бороться с терроризмом, обеспечивать стабильность и укреплять наши партнерские отношения во всем регионе. Мы также обсудили Афганистан. Мы продолжаем тесные консультации по вопросам дальнейшей деятельности. НАТО в полной мере поддерживает предпринимаемые под руководством США мирные усилия, которые могут подготовить почву для внутриафганских переговоров. Но «Талибан» (террористическая организация, запрещенная в РФ — прим. ред.) должен продемонстрировать готовность и способность обеспечить сокращения масштабов насилия. И в духе доброй воли способствовать делу мира. Цель нашей миссии «Решительная поддержка» (Resolute Support) — укрепить силы безопасности Афганистана, чтобы они могли бороться с терроризмом и создавать условия для мира. И мы продолжим наше обсуждение завтра со всеми нашими партнерами, вносящими свой вклад в эту миссию. Сегодня вечером мы обсудим наше сотрудничество с Европейским Союзом. Впервые к нам присоединится Джозеп Борелль (Josep Borrell) в качестве Верховного представителя ЕС и заместителя председателя Еврокомиссии вместе с нашими партнерами Финляндией и Швецией. НАТО и Европейский Союз — две стороны одной медали. Поэтому мы обсудим, что еще мы могли бы сделать вместе для углубления нашего уникального партнерства и укрепления нашей безопасности. А теперь я готов ответить на ваши вопросы. Оана Лунгеску [официальный представитель НАТО]: Итак, мы начнем с «Би-би-си». Джонатан Бил («Би-би-си»): Генеральный секретарь, не могли бы вы просто сказать нам, согласились ли какие-либо члены НАТО увеличить свой военный вклад, свою деятельность в рамках миссии по учебной подготовке в Ираке, заявили ли какие-либо страны, что они перейдут из коалиции под эгидой США в миссию НАТО? И, наконец, не могли бы вы сообщить нам, есть ли у вас какие-нибудь доказательства того, то Ирак приветствовал бы это? Вы говорите, что поддерживаете тесные контакты, но нет ни письма, ни каких-либо убедительных доказательств того, что Ирак одобрит то, что силы НАТО будут играть большую роль, расширенную роль в Ираке? Йенс Столтенберг [генеральный секретарь НАТО]: Итак, сейчас мы находимся в Ираке. И мы сейчас находимся в Ираке по приглашению правительства Ирака. И первый шаг — сделать больше в рамках существующего мандата, в рамках существующего оперативного плана нашей миссии по учебной подготовке в Ираке. И, как я уже сказал, мы будем оставаться в Ираке только до тех пор, пока действует это приглашение. Потому что мы в полной мере уважаем суверенитет и территориальную целостность Ирака. Поэтому для нас единственная возможность находиться там основана на приглашении иракского правительства. И мы уже в Ираке. Кроме того, мы проводим тесные консультации с иракским правительством о возможности расширения, расширения масштабов и расширения деятельности. И, конечно, мы проводим тесные консультации с иракским правительством. Я несколько раз беседовал с премьер-министром, и у нас были переговоры на уровне представителей наших сторон. И на основе принятого сегодня решения мы будем разрабатывать эти варианты далее. Но опять-таки, вся деятельность, которую мы будем осуществлять в Ираке, будет осуществляться в полной координации и с согласия иракского правительства. К тому же, ряд стран-членов НАТО, или фактически все страны НАТО, поддержали решение предпринять дополнительные действия, а также взять на себя часть деятельности, которую сегодня осуществляет возглавляемая США глобальная коалиция по разгрому ИГИЛ. И, конечно же, мы также тесно координируем наши действия и консультируемся с глобальной коалицией. А в пятницу утром я встречусь с представителями глобальной коалиции на встрече в Мюнхене, и тогда мы снова рассмотрим эти вопросы и будем продолжать консультации. Поэтому каждый шаг, каждое решение, конечно же, будет приниматься в тесном взаимодействии и в рамках консультаций с иракским правительством, но и в тесном взаимодействии с глобальной коалицией. И следует помнить, что то, что мы там обучаем иракских военных, помогаем им, оказываем им поддержку. И цель, разумеется, состоит в том, чтобы дать им возможность повысить их эффективность, стать сильнее в борьбе против нашего общего врага — ИГИЛ. Так что это в их интересах, это и в наших интересах. Мы преследуем общую цель — сделать так, чтобы ИГИЛ никогда не вернулась. И я хотел бы поблагодарить правительство Ирака за его достижения, его умение руководить и приверженность этой борьбе, а также отметить те жертвы, которые они принесли в борьбе с ИГИЛ. Действительно, мы поддерживаем очень хороший и конструктивный диалог с правительством Ирака, и будем продолжать это делать по мере продвижения. Оана Лунгеску: Хорошо, теперь — телеканал «ТОЛО» (TOLO), пожалуйста, первый ряд. Вопрос ["ТОЛОньюс«/TOLOnews]: Я — Мирака Попал из «ТОЛОньюс», Афганистан. Поскольку есть сообщения о том, что между «Талибаном» и США почти достигнуто мирное соглашение, я хотел бы спросить вас: какова будет роль НАТО в Афганистане после заключения соглашения? Спасибо. Йенс Столтенберг: Мы сегодня обсуждали обстановку в Афганистане. Мы также будем обсуждать ее завтра, когда встретимся с нашими партнерами, участвующими в миссии «Решительная поддержка». Мы приветствуем любые шаги, направленные на снижение уровня насилия в Афганистане и решительно поддерживаем мирный процесс, любую инициативу по налаживанию внутриафганского диалога. И именно в этом заключается цель диалога, переговоров между «Талибаном» и США — содействие, создание условий для достижения договоренности о начале внутриафганского диалога. Потому что обеспечить прочный и устойчивый мир в Афганистане можно только путем привлечения к мирному процессу афганцев, чтобы они его признали, активно в нем участвовали и согласовали дальнейшие шаги. Мы твердо верим в это, и мы также проводим тесные консультации с Соединенными Штатами. Сегодня министр обороны Эспер проинформировала представителей стран НАТО. Посол Халилзад недавно был в НАТО и консультировался представителями стран альянса о действиях, направленных на достижение соглашения с «Талибаном». «Талибан» должен продемонстрировать реальное стремление, свою реальную готовность и способность обеспечить сокращение масштабов насилия. И «Талибан» также понимает, что он никогда не победит на поле боя, что он должен идти на реальные компромиссы за столом переговоров. И именно поэтому для НАТО наилучший способ поддержать мирный процесс — это продолжать оказывать поддержку, вести военную подготовку афганских силы безопасности, помогать и инструктировать их и продолжать предоставлять финансирование. Мы твердо намерены делать это. Все это, конечно же, будет зависеть от внутриафганского диалога и результатов мирного соглашения в будущем. Это определит, какую роль НАТО может сыграть в будущем в Афганистане. Сегодня важно то, что мы относимся к этому серьезно и готовы и дальше оказывать поддержку до тех пор, пока это требуется и необходимо для создания условий для прочного мира. Оана Лунгеску: «Джейнс Дефенс», пожалуйста, там, наверху. Брукс Тайнер («Джейнс Дефенс Уикли»): Да, Брукс Тайнер, еженедельник «Джейнс Дефенс». Два вопроса, если позволите. Как вы лично оцениваете вероятность того, что присутствие НАТО в Ираке растянется на многие годы, как это было в Афганистане? Этот риск высокий или низкий? А по отдельному вопросу — аналитическая группа, занимающаяся будущей внешней позицией НАТО — обсуждалось ли это сегодня? И на что согласились министры? Спасибо. Йенс Столтенберг: Я не понял последний вопрос. Брукс Тайнер: Аналитическая, это так называемая аналитическая группа. Йенс Столтенберг: А да, аналитическая, да, да, извините, извините, я понимаю. Брукс Тайнер: Что будет дальше, и о чем они договорились? Спасибо. Йенс Столтенберг: НАТО — это военный альянс. И мы проводим операции во многих местах, где сталкиваемся с угрозами и вызовами, это особенность военного альянса. Но в то же время я считаю, что на протяжении всей нашей истории и в ходе всех наших военных операций и миссий мы демонстрируем, что мы всегда заботимся о защите наших сил, и это наша главная задача. И именно поэтому мы приостановили деятельность по учебной подготовке в Ираке и вывели некоторые силы. Но в Ираке по-прежнему присутствует наш контингент, и мы возобновим работу по учебной подготовке при первой возможности. Поэтому мы всегда уделяем максимально возможное внимание, первоочередное внимание безопасности наших сил. Также, когда мы работаем в сложных и опасных условиях. К тому же, что касается аналитического процесса, мы договорились начать в НАТО аналитическую работу, чтобы укрепить политический аспект деятельности НАТО. Я считаю, что за последний год мы видим значительное укрепление нашего военного потенциала. За последние годы в НАТО произошло самое серьезное укрепление нашей коллективной обороны со времени окончания холодной войны. Высокая боеготовность наших войск, развертывание сил на восточном фланге альянса, увеличение расходов на оборону и повышение уровня подготовки. Кроме того, Северная Америка и Европа проводят более значительную совместную работу, в том числе совместно с боевыми формированиями на восточном фланге альянса, созданными для совместных действий. В то же время НАТО — это военно-политический союз, и поэтому я также приветствую любую аналитическую работу, любые идеи о том, как мы можем укрепить,… еще больше укрепить политическую составляющую деятельности НАТО. И мы готовим эту аналитическую работу. И идея состоит в том, чтобы начать эту работу, а затем выдвинуть предложения для встречи лидеров или саммита НАТО в 2021 году. Оана Лунгеску: Так, у нас есть вопрос от телеканала «Шамшад» (Shamshad). Вопрос: Благодарю Вас, г-н Генеральный секретарь. Как всем нам известно, афганские силы безопасности и вооруженные силы находятся на переднем крае борьбы с терроризмом в Афганистане. Каков план НАТО по укреплению вооруженных сил и как долго НАТО будет продолжать оказывать поддержку? Спасибо. Йенс Столтенберг: В Афганистане есть много трудностей и много проблем. Но в то же время мы должны признать, что в некоторых напрвылениях мы добились реальных и значительных успехов. И одним из наших совместных достижений является то, что мы смогли подготовить и укрепить вооруженные силы и силы безопасности Афганистана. Не будем забывать, что несколько лет назад НАТО находилась в Афганистане и проводила крупномасштабную боевую операцию, в которой принимало участие более 100 тысяч, а точнее, 130 тысяч военнослужащих. Теперь присутствие НАТО ограничивается численностью 16 тысячами военнослужащих, и это миссия по подготовке, оказанию помощи и консультированию. И мы в состоянии это сделать, поэтому мы смогли это сделать, сократив наше присутствие со 130 тысяч до 16 тысяч военнослужащих, потому что афганские силы стали более боеспособными, повысили свою профессиональную подготовку, и теперь они могут возглавлять работу по обеспечению безопасности в своей собственной стране. Поэтому мы добились многого, укрепив армию и силы безопасности Афганистана. Мы будем продолжать обучать их. Мы взаимодействуем по многим направлениям, в том числе помогаем им создавать военно-воздушные силы, силы специальных операций, систему командования и управления, а также работаем вместе по многим другим направлениям. И мы уже видим результаты, потому что теперь у афганцев есть авиация. Они способны сами проводить воздушные операции. У них теперь значительно увеличилась численность бойцов спецназа. Поэтому мы видим, что за счет проведения подготовки и оказания помощи мы постепенно помогаем афганцам защищать самих себя. Оана Лунгеску: Так. Пожалуйста, дама в синем, вон там, в середине зала. Вопрос [Немецкое информационное агентство]: Я вас приветствую, это Немецкое информационное агентство. Итак, вы говорите, что в рамках своей миссии НАТО собирается взять на себя часть работы по подготовке, которую выполняют силы глобальной коалиции. Означает ли это, что войска или, скорее, личный состав переходит из сил глобальной коалиции в миссию НАТО? И если да, то в каком количестве? Йенс Столтенберг: Сегодня мы приняли решение в принципе, после чего продолжим работать, прорабатывая детали и определяя количество военнослужащих, а также то, какие именно мероприятия будут проводиться. Поэтому сейчас говорить об этом рано. Но опять-таки, мы тесно взаимодействуем с силами глобальной коалиции и проводим с ними консультации. И не будем забывать, что все члены НАТО являются членами глобальной коалиции. Поэтому, члены НАТО, конечно же, являются и членами НАТО, и членами глобальной коалиции. В пятницу утром у нас состоится совещание, и после того как мы сейчас приняли это решение, мы проработаем и примем решение по деталям и по конкретным цифрам и мероприятиям, тогда мы и примем решение. Оана Лунгеску: ТВ-2, дама в белом, вон там. Вопрос [ТВ-2, Дания]: Да, господин Генеральный Секретарь, как нам стало известно, вы со стороны НАТО надеялись, что сможете сегодня выступить с совместным заявлением с представителями правительства Ирака о миссии НАТО в Ираке. Но этого не случилось. Поэтому мне хотелось бы узнать: нужно ли вам повторное приглашение от… иракского правительства, чтобы иметь возможность вернуться к деятельности в Ираке в полном масштабе? И нужно ли оно вам, если вы хотите расширить свою миссию? И если вам это приглашение необходимо, когда вы рассчитываете получить его? Йенс Столтенберг: Так мы уже находимся в Ираке по приглашению со стороны Ирака. И мы останемся в Ираке до тех пор, пока действует это приглашение. И каждый шаг, каждое решение будет приниматься в тесной координации с иракским руководством. И не будем забывать, что мы там занимаемся подготовкой иракских сил. И мы можем это делать, конечно же, только с согласия иракцев. И, опять-таки, идея состоит в том, чтобы обеспечить иракцам возможность укрепить свои силы настолько, чтобы в один прекрасный день им больше не нужна была наша поддержка. Поэтому наш план заключается не в том, чтобы оставаться в Ираке до бесконечности. Мы планируем оставаться там столько, сколько будет необходимо для того, чтобы совместными усилиями члены НАТО, силы коалиции и правительство Ирака и иракские силы безопасности смогли сделать так, чтобы ИГИЛ не вернулась. И мы там находимся по приглашению правительства Ирака и будем оставаться там до тех пор, пока действует это приглашение. Оана Лунгеску: «Анадолу» (Anadolu), вон там, наверху, господин в белой рубашке. Вопрос [агентство «Анадолу»]: Господин Генеральный секретарь, в какой степени сегодня обсуждалась военная эскалация в Идлибе со стороны поддерживаемого Россией режима? И стоит ли ожидать какой-либо конкретной поддержки со стороны НАТО ее союзнику, Турции? Спасибо. Йенс Столтенберг: Сегодня во время нашей дискуссии ситуация в Идлибе обсуждалась. И то, что мы наблюдаем там сейчас — это последствия жестокого применения насилия, чудовищных нападений на ни в чем не повинных мирных жителей и неизбирательных авиаударов по гражданским объектам. Мы осуждаем это, поскольку это недопустимо. И мы призываем режим Асада, который поддерживает Россия, прекратить все эти нападения, в результате которых гибнут ни в чем не повинные мирные жители. И призываем полностью поддержать мирные усилия под эгидой ООН и принять в них участие. НАТО сегодня оказывает поддержку Турции. Мы являемся союзником Турции по НАТО, и силы НАТО присутствуют в Турции. Мы также обеспечиваем Турции некоторые гарантии безопасности, в частности, предоставляем некоторые возможности усиления их систем ПВО. Так что НАТО оказывает поддержку, и мы очень обеспокоены ситуацией в Идлибе. Оана Лунгеску: И последний вопрос, Паджвок — вон тот господин. Вопрос: Благодарю Вас, господин Генеральный Секретарь. Что для НАТО имеет первостепенное значение — мир в Афганистане или результат выборов? Йенс Столтенберг: Вы знаете, по-моему, одно другому не противоречит. Потому, что, на мой взгляд, цель переговоров между США и «Талибаном», которые НАТО активно поддерживает и по которым мы проводим консультации с США, заключается в том, чтобы начать внутриафганский диалог. Долгосрочное мирное соглашение, прочный мир в Афганистане могут быть достигнуты только в ходе внутриафганского диалога, в результате которого афганцы могли бы договориться о будущем Афганистана. Так что решать это должна не НАТО. И ни одна страна НАТО не должна это решать. Это должны решать сами афганцы. Но мы пытаемся создать условия для этого внутриафганского диалога, который является путем к миру. И для этого предстоит еще многое сделать. Но я, по крайней мере, надеюсь, что сейчас мы близки к той ситуации, когда мы сможем начать этот внутриафганский диалог, когда афганцы смогут начать афганский диалог. И опять-таки, я считаю, что для НАТО лучший способ посодействовать этому — продолжать оказывать поддержку афганцам, чтобы «Талибан» понял, что он не победит на поле боя. Он должен четко продемонстрировать реальное стремление к сокращению масштабов насилия. Оана Лунгеску: Большое спасибо. До встречи завтра. Йенс Столтенберг: Благодарю вас. Загрузка...
Загрузка...

Источник

Предыдущая новость

БТ: в молочном споре России и Белоруссии победила логика и здравый смысл Die Welt: Шрёдер предупредил Европу о китайской альтернативе для России и Турции Оговорка по Кличко: киевский мэр похвастался ростом смертности в больницах На Украине украли «налог на войну» Главред: Зеленский должен сделать своей опорой патриотов Украины

Последние новости