Жительница Шуши: я снова всё потеряла (Folha)

28.12.2020 14:25 0

Жительница Шуши: я снова всё потеряла (Folha)

Сан-Паулу — «Для меня это было как гром среди ясного неба. Раз, и мы воюем. И я опять потеряла все», — рассказывает залитая слезами Инга Алексанян (Inga Alexanyan). История этой 35-летней армянки тесно связана с несчастьями, сотрясавшими Кавказ с момента распада Советского Союза в 1991 году. Конфликт между Азербайджаном и Арменией, самый длительный из этих бед, подошел к попытке завершения в конце этого года. Наступление Азербайджана ослабило военные позиции армян в районе Нагорного Карабаха. После чего при содействии Владимира Путина было подписано шаткое мирное соглашение. Международный институт стратегический исследований (IISS) насчитывает в мире 33 активных военных конфликта, из них завершился только конфликт в Нагорном Карабахе. Однако для Инги, учителя начальных классов из города Шуши, это не принесло никакого облегчения. Совсем наоборот. «27 сентября, когда азербайджанцы начали наступление, я только вернулась со школьного собрания. Зазвучали сирены воздушной тревоги, и мы два дня провели в подвале дома», — рассказала она. В подвале с Ингой были ее дети: Мариан, 15 лет, Даниэль, 13 лет, и Абель, 8 лет. Муж Инги, Армен, 40 лет, ушел сражаться. «В 2016 году он наступил на мину и потерял правую стопу, но все равно он ушел с военными Арцаха, — рассказывает она. — Сначала нашим силам удавалось сбивать беспилотники, но потом ситуация ухудшилась, и нам пришлось перебраться в бомбоубежище университета». До того момента университет был для нее символом возрождения и сопротивления. Семья Инги уже страдала из-за этого конфликта, ведь раньше она жила в Баку, столице государства-противника. В этом факте нет ничего удивительного, с точки зрения расселения народов, регион — лоскутное одеяло. Однако война между армянами и азербайджанцами в Нагорном Карабахе в 1992-1994 годах оставила свои шрамы. Тот конфликт закончился в пользу Еревана: он сохранил под контролем территорию и занял еще семь районов, выселив 620 тысяч жителей и поспособствовав возвращению туда армян, изгнанных века назад. В 1988 году в Азербайджане начались погромы, направленные против армян. Во время одного из них был убит отчим Инги, а в 2003 году семья сдалась и переехала в Шуши, символ культурного наследия армян в Карабахе. Переселявшиеся получали официальную помощь, 150 долларов на человека. «Мы начинали все с нуля, но местная инфраструктура была очень хорошей», — говорит Инга. В университете Инга получила два образования: одно в сфере начального образования, а другое — в области новых коммуникационных технологий. Затем она стала преподавать в начальной школе математику. «Тогда я и вышла замуж за Армена», — вспоминает она. Пять дней в бункере стерли эти прекрасные воспоминания. «Мы не могли больше, мы ушли. Я не хотела, чтобы мои дети боялись взрывов бомб», — говорит Инга. Они переселились в село Норамарг в 300 километрах от Шуши на границе Армении и Турции. «Для нас это был шок. Мы никогда не думали, что на Шуши нападут. Мы чувствовали себя там в безопасности. Когда мы уезжали, я была настолько уверена, что мы вернемся, что постирала и погладила одежду и сделала уборку. Но я больше туда не вернусь». Пришел ноябрь и в регионе рядом с Араратом наступили холода. Инга решила искать убежища в Ереване и сняла там квартиру с тремя другими семьями, потерявшими дома. «У меня нет работы. Социальная служба приносит нам еду, но живем мы на мои сбережения, которых совсем немного», — рассказывает она, пытаясь сдержать слезы. Наш разговор состоялся в четверг 17 декабря по видеосвязи, его организовал и перевел Всеарямнский Благотворительный союз. Мирное соглашение было подписано рано утром 10 ноября. Армяне расценили его как капитуляцию, с того дня они выходят на улицы протестовать против премьер-министра Никола Пашиняна. Инга не осуждает его. «После 44 дней войны особого выбора не было. Только подписать его нужно было уже на второй день», — считает она. В самом деле, в начале конфликта Армения не казалось настолько уязвимой. В конце концов ей пришлось оставить семь районов, расположенных вокруг Нагорного Карабаха, азербайджанцы заняли 30 процентов территории, в том числе Шуши. Официально со стороны Азербайджана погибло 2 тысячи 783 военнослужащих и 94 мирных жителя. Со стороны Армении — 2 тысячи 966 военных и 55 мирных жителей. По мнению наблюдателей, настоящие цифры намного больше. В семье Инги погибли двое двоюродных братьев мужа и сын одного из них, но после отъезда из Шуши у нее нет постоянной связи со знакомыми. Армен остался в Нагорном Карабахе. «Он продолжает служить в армии обороны. Думаю, у него не хватило смелости уйти», — говорит Инга. Она считает регион пешкой в игре крупных сил, действующих на Кавказе. «Все — Россия, Турция, Иран — ищут собственную выгоду. К счастью, конфликт не перерос во что-то большее, иначе бы Арцах уничтожили», — вот что говорит Инга об основных действующих силах региона, где всегда сталкивались влияния разных империй. Риск был высоким. Россия — союзница Армении, на территории страны у нее есть крупная военная база. Турция спонсировала Азербайджан, предоставляя поддержку и вооружение. Иран просто наблюдал, на его территории проживает множество этнических азербайджанцев. В конце концов, конфликт был завершен, а Россия получила все лавры и обязательства миротворца. По условиям соглашения, в следующие пять лет в регионе будет находится две тысячи русских солдат, этот срок может быть продлен еще на пять лет. Русские миротворцы будут гарантировать неприкосновенность границ и пути, связывающего Нагорный Карабах с Арменией, а также дороги из Азербайджана в Нахичевань. По мнению Международного института стратегических исследований, одного из основных центров геополитических исследований в мире, конфликт в Нагорном Карабахе был самым крупным из спровоцированных распадом Советского Союза, в состав которого входили и Армения, и Азербайджан. Общие черты между конфликтами 2019-2020 годов кажутся надуманными, особенно, если учитывать, что в список вносят и войны между бандами в Мексике и Бразилии. Однако существуют и объективные критерии определения конфликта, к примеру, не прекращающееся насилие на протяжении как минимум трех месяцев. В случае участия государств срок может быть и уменьшен. Конфликты могут быть внутренними, международными или интернационализированными, как в случае с Нагорным Карабахом, пусть и в косвенной форме. В списке Международного института стратегических исследований значится 33 конфликта, в 21 из них больше негосударственных участников, чем государственных, что говорит о сложности происходящего. Истории, вроде рассказанной Ингой, показывают, как сложно разорвать вечный круг напряжения на национальной и религиозной почве. «Я понимаю, что этот цикл существует, но не знаю, как можно вернуться жить в Шуши. Это как отправить ягнят жить с волками, они очень коварные и опасные враги», — считает она. О турках нечего и говорить: Анкара так и не признала геноцид 1915 года, оставивший неизлечимую рану в отношениях двух стран. Так Инга повторяет грустную судьбу азербайджанцев, а до этого армян, пострадавших в этом уголке пасторальной красоты в вечном споре за право владеть им. С этим сталкивались и в других регионах мира — Израиль и Палестина, Кашмир, Курдистан. Весь мир облетели фотографии армянских семей, которые перед приходом азербайджанцев выкапывали своих покойных родственников, чтобы забрать их тела с собой. Молодая учительница не знает, какой будет ее жизнь дальше, но в одном она уверена — совместное проживание невозможно, особенно учитывая прошедшую войну. «Мы им не верим», — резюмирует бывшая жительница города Шуша, так его называют новые хозяева.
Загрузка...
Загрузка...

Источник

Предыдущая новость

Deutschlandfunk: «словно граждане второго сорта» — в США оказывают давление на учёных китайского происхождения Le Monde: отношения Италии и Франции сегодня оставляют желать лучшего Economist: Что такое Северный морской путь? «Пионер» бесплатно покажет фильмы о войне ДС: Зеленский о Крыме и не только из своей параллельной реальности

Последние новости