Система провоцирует коррупцию

12.11.2017 14:31 0

Система провоцирует коррупцию

Он уверен, что профессия мэра опаснее, чем профессия журналиста. Считает, что без «теневого» сотрудничества с представителями регионального бизнеса чиновникам сложно строить планы развития региона.

Виталий Лейбин.

Главный редактор журнала «Русский репортер» Виталий Лейбин посетил Киров, чтобы рассказать молодым и «уставшим» (то есть опытным) журналистам об авторской позиции в репортаже, но разговор вышел за рамки лекции и обернулся поисками «искры истины». «Бизнес Новости» приводят самые интересные выдержки из беседы с Лейбиным в «Галерее прогресса» и на «Эхо Москвы» в Кирове.

О «посадках» губернаторов

Виталий Лейбин заявил, что главы регионов, которые сегодня находятся в СИЗО по обвинению в получении взяток, были заложниками собственной должности. По его мнению, без «теневого» сотрудничества с представителями регионального бизнеса чиновникам сложно строить планы развития региона.

«Управление в нашей стране устроено таким образом, что ты не можешь всерьез овладеть властью в регионе, не используя неформальный способ взаимодействия с местным бизнесом и добывания ресурсов. Потому что у нас очень централизованная система как раз с целью предотвращения коррупции. Но именно эта система и провоцирует коррупцию, потому что вынуждает чиновников вступать в разные отношения с бизнесами, и как раз эти бизнесы могут их коррумпировать, или подставить, или использовать в войне».

«Это родовой камень на нашей политической системе, которая возникла из советской номенклатуры, которая поняла, что живет хуже, чем западная, и решила участвовать в капиталистическом дерибане. Кажется, что это большая ключевая управленческая проблема в стране и часто понятно, что в большинстве случаев эти губернаторы и мэры виновны в нарушении закона. Но проблема не в том, что они только виновны, а в том, что система выстроена таким образом, что вся вертикаль управления повязана круговой порукой этих неформальных связей».

Как будут складываться отношения власти и бизнеса

«Если кто из чиновников не знает: все будет хуже и хуже. Во-первых, есть огромная, существенная воля выстраивания абсолютной лояльности вертикали власти, а во-вторых, воля перевести теневые схемы в белые. Федеральных министров, например, не очень много посажено (один), и обычно такие вещи происходят в ситуации, когда первому лицу в государстве кто-то донес, что произошло какое-то вопиющее преступление. В нашей среде — это нарушение лояльности, иными словами предательство либо национальных интересов, либо групповых. В этом смысле эта система выстраивается в более жесткую прямую линию с одной стороны, а с другой стороны нет другого выхода, кроме как ясным образом показать, что имеющиеся схемы не будут работать. Просто жаль, что эта демонстрация происходит без предоставления определенной свободы действий, которая позволила бы находиться в легальном поле мэрам и губернаторам… Профессия мэра, чиновника опаснее, чем профессия журналиста».

О работе в Донбассе

Виталий Лейбин поделился опытом общения с разными сторонами конфликта в Донбассе. Так, в 2015 году в Славянске он встречался с Петром Дудником, который возглавляет одну из протестантских общин (у него в результате конфликта погиб брат).

«Он мне говорит: «Ты не понимаешь, за все преступления сталинизма Россия должна расплатиться перед Богом тем, что перестанет существовать». Мне человек об этом говорит по-русски. У него такое мировоззрение. … Мне было легко задавать ему острые вопросы, у меня другая позиция, но сложность состоит в том, что мне пришлось его выслушать».

Другой собеседник Лейбина все это время остается в Донецке и занимается там благотворительностью.

«Я даже еще вопроса не задал, а он, человек умный, сразу понял, что мне надо, и говорит: «А знаешь, почему я стал благотворителем? Я вообще-то был в Донецке проктологом. Ты не представляешь, какая это власть. Все главные отцы города, включая олигархов и администрацию, были у меня в руках. Но если ты благотворитель, у тебя власти больше. Знаешь почему? Потому что если ты создашь условия, в которых человек чувствует себя хорошим, это самая большая власть. Все люди хотят в своих глазах быть хорошими».

О военных конфликтах

«Очень может быть, что ваш гнев достоин того, чтобы выйти на площадь и взять в руки оружие. Бывают такие ситуации. Я не могу осуждать людей, которые воюют за свои идеалы. Это не мой выбор. Задача репортера — показать человеческое лицо, в том числе и врага. И это, возможно, один из признаков цивилизованности. В том смысле, что ты не считаешь , что люди — это расходный материал, который нужно принести в жертву каким-то своим идеям, а сначала пытаешься понять».

Об интервью с Размзаном Кадыровым

Чтобы побеседовать с главой Чеченской Республики Марине Ахмедовой, журналисту «РР», пришлось долго ждать, и, как следствие, она успела разозлиться.

«И в тот момент, когда Кадыров входит такой веселый, с охраной, угощает чаем и говорит: «Как вам нравится Грозный?» А она ему отвечает вопросом: «А вам?»… Человеку в разговоре нужно повышать ставки. Кадыров повышает: «Я бы умер за Грозный!». Марина: «А почему вы сразу о смерти говорите?» Весь дальнейший контекст сформирован: права человека, насилие, пропажа журналистов и так далее».

О системе исполнения наказаний в России

«Мы в 90-е годы очень ожесточились, есть представление, что преступники должны быть сильно наказаны. У нас по-прежнему пыточная тюремная система, в том смысле, что она не дает эффекта вразумления, который нужен для того, чтобы люди, которые совершили правонарушения, могли вернуться в нормальную жизнь. Это буквальное наказание, это неразумная политика, в том смысле, что она одобряется людьми, которые полагают: так можно избавиться от каких-то нежелательных элементов у себя в городе. Они не понимают, что люди, которые прошли через такую тюрьму, становятся еще большим преступниками».

«У нас сейчас заключенных исторически меньшее число, как минимум, с годов 20-х. Эту новость процитировали все, но никто не понял, что произошло. Это действительно грандиозное событие. У нас все еще много заключенных на душу населения, но падает и количество преступлений, и количество заключенных, но при этом у нас все еще не гуманная система, есть резерв для того, чтобы общество было гуманистичным».

О современной России

«Мы до сих пор не знаем страны. Правительство, как всегда, то европеизирует, то, наоборот, исходя из весьма абстрактных представлений, например, почерпнутых из западного опыта или собственных предубеждений. Но в реальности, как живут люди, никто не интересуется. А это самое главное, потому как нельзя ничего путного построить, если кому-то что-то навязано. Надо понимать, как люди живут и чего хотят».

«Многовато в стране внешней повестки и идеологических, совершенно абстрактных, каких-то небесных споров, и очень мало споров по существу. А что реально мешает дорогу починить или почему в одних регионах уже практически нет детских домов, всех усыновили, а в других регионах есть? Или почему в одних регионах больше сажают, в других меньше? Почему в одних регионах есть потрясающие театры, а в других нет?»

О «маленькой гражданской войне» в Приморье

Лейбин вспомнил, дело «приморских партизан», которое широко обсуждалось в 2010 году. Группа молодых получила печальную известность благодаря нападениям на полицейских, грабежам, кражам и убийствам.

«Ты понимаешь, что история не бывает не только без конфликта, но и без его разворачивания. Если сказать просто и коротко, то история не может быть плоской, состоящей из одной части».

О политических дискуссиях

«Люди друг друга называли подонками. Так устроены все политические дискуссии в современном мире. К сожалению. Мы с этим боремся».

«Есть политика в широком смысле слова, которая связана с тем, как человек живет, с культурой, и есть политика в узком смысле слова — это такая немного вырожденная сфера, в которой очень легко драться и не очень легко понимать друг друга. Я не люблю вырожденную: где мир как будто немного сплющился. Политические споры всегда напоминают плоские битвы. Берут какую-нибудь тему, например, отношение к Навальному и начинают обвинять друг друга в абсолютной неморальности и нечеловечности, вплоть до того, что ты какой-то дурак, какой-то нечеловек, если занимаешь другую точку зрения. Это ведь глупо. Это всего лишь один из политиков и не стоит ссориться с друзьями и с людьми, которых ты знаешь лично и тепло».

О будущем

«Мы можем переустроить жизнь только в том смысле, во что мы верим. В чем новая вера, а в чем утопия? Пока же мы живем в стране, которая стабильна благодаря тому, что все помнят, как было плохо в 90-е. Но идея о том, как жить по справедливости и по правде, все еще не возникла. И это не абстрактный спор, это может быть только диалог людей, которые это будущее строят».

О видеоблогерах и их популярности

«В какой мере можно оставаться искренним рубахой-парнем для миллионов человек, если ты работаешь на миллион человек? Легко быть другом для своего друга, но когда ты каждый день делаешь видеоролик, в которым ты должен выглядеть искренним, то начинаешь имитировать искренность».

Почему автор — доктор Ватсон

«Плохой автор расскажет, что он умнее, чем герой, а хороший — что тот его переиграл. Ровно так же, как в истории про Шерлока Холмса. Авторская позиция — это скорее позиция доктора Ватсона. Шерлок Холмс — это позиция героя».

«Когда журналист беседует со священником, неясно, кто кого исповедует, а кто у кого берет интервью».

Куда уносит молодых журналистов

«Сколько я потерял молодых журналистов! Пошлешь их на какой-нибудь митинг, и унесло. На какой пошлешь, туда и унесло, потому что там же эмоции, концерт, движуха. И очень сложно на это все посмотреть со стороны».

Об авторской позиции

«Авторская позиция, в отличие от вашего частного мнения, — это то, что отличает выдающегося профессионала. Молодые люди часто путают ее со своим мнением. Выдающиеся профессионалы понимают, что это не та позиция, с которой ты приехал на место: «Я хочу доказать, что…», а та, которой ты каким-то образом дал проявиться. Авторская позиция — это не твое мнение, а то, чем ты можешь высечь кусок правды из реальности».

О современной журналистике

«Чернуха, которую русская журналистика полюбила в конце 80-90 годов, когда открыли свободу слова и показалось, что достаточно изобразить какую-нибудь беду или гадость, чтобы быть интересным. Но на самом деле интересно не когда есть беда-беда-беда, а когда есть люди, которые ее преодолевают и пытаются помогать».

Подготовила Ольга Кутергина

mail@bnkirov.ru

Фото: Екатерина Веремьева

Досье

Виталий Эдуардович Лейбин, главный редактор журнала «Русский репортёр».

Дата рождения: 28 декабря 1972 года

Образование: Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова

Карьера 1995-1996 г.г. — работал и учился в Иллинойском университете (Чикаго, США) 2003-2007 г.г. — редактор информационно-политического портала Полит.ру. С 2007 г. по настоящее время главный редактор журнала «Русский репортёр»

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Rzeczpospolita: Мачеревич обвинил российских военных в неумении считать Собянин: Система общественного транспорта столицы готова к масштабному развитию Кондолиза Райс: коммунистическое прошлое «неустанно преследует» Россию 20 октября в Музее Победы примут присягу воспитанницы ГБОУ КШИ №9 На пути к новой революции в России?

Последние новости